Вы здесь

Воспитателю о сексологии

Воспитателю о сексологии

В структуре личности подростка нет ничего устойчивого, окончательного и неподвижного. Всё в ней — переход, всё течет.

Л. С. Выготский

В определении этого возраста существует изрядная терминологическая разноголосица. Психологопедагогическая литература разделяет его на подростковый (12—15 лет) и юношеский (15—18 лет). В медицине принято разделение на младших и старших подростков. Правда, при этом организация медицинской помощи руководствуется скорее психолого-педагогическими, чем медицинскими, критериями (младшие подростки посещают детскую поликлинику и лечатся в детской больнице, а старшие наблюдаются и лечатся в подростковых отделениях учреждений для взрослых), а педагогика может опираться на критерии медицинские (так, литература о половом воспитании подростков имеет в виду возраст 12—18 лет). В американской литературе утвердился термин «тинэйджер» (от англ. teen — окончание числительных от 13 до 19 — и age — возраст), которым и обозначают всю эту возрастную группу. Предлагаются и разные определения границ этого возраста. Медико-биологические критерии отталкиваются от показателей созревания биологических функций. Но и здесь не обходится без разногласий: первые менструации у девочек и эйякуляция у мальчиков рассматриваются то как начало, то как пик, то как конец полового созревания.

Разногласий может быть меньше, если выделять: а) препубертатный период — от начала полового оволосения и ускорения роста до первых менструаций и эйякуляций; б) собственно пубертатный — от первых менструаций и эйякуляций до остановки роста; в) постпубертатный (юношеский) — от остановки роста до полной репродуктивной и психологической зрелости. Но такой подход требует очень индивидуализированных оценок, так как процессы созревания протекают неодновременно и неравномерно. В одном и том же паспортном возрасте подростки могут очень широко различаться по степени созревания: один будет выглядеть и восприниматься юношей, а другой — ребенком. Да и разные системы организма тоже созревают неравномерно и неодновременно, так что репродуктивная зрелость (завершение физической реорганизации, регулярные овуляторные циклы у девушек и регулярная продукция зрелых сперматозоидов у юношей) достигается намного раньше зрелости психологической (достаточно вспомнить, что созревание лобных долей головного мозга, с которыми связывается планирование поведения, завершается у женщин примерно к 18—19 годам, а у мужчин — к 21 году).

Рассматривая этот период по правилу «сексологического треугольника», т. е. стремясь достичь в его рассмотрении единства биологического, социального и психологического аспектов созревания человека, нам придется ограничиться возрастными рамками 12—15 и 18—19 лет. Основное содержание этого периода образовано морфофункциональным и социальным переходом от детства ко взрослости. Оценка этого перехода как критического не должна выливаться в догматизацию представлений о пубертатном кризисе и мобилизацию взрослых на организацию «наступательной обороны».

То, что наше рассмотрение подросткового возраста совершается под сексологическим углом зрения, не только не затеняет, но, напротив, подчеркивает значение процесса нравственного формирования личности.

Когда же процесс этот по тем или иным причинам (социальным или сугубо индивидуальным) затягивается, тогда невозможным оказывается ни нормальное учение, ни нормальный труд — личность «бродит», мечется и мучается, пока не найдет себя (или не потеряет). Но как психосексуальное развитие невозможно вне развития нравственного, так и нравственное развитие невозможно вне развития психосексуального. В нравственном мире человека в один клубок сплетаются его собственные индивидуальность, психосексуальная конституция и культура, а также нравственность общества и общепринятая мораль.


Биологическое созревание


Механизмы полового созревания связаны в первую очередь с перестройкой систем центральной регуляции деятельности организма. Первичные процессы этой перестройки происходят в гипоталамусе, который активизирует секрецию гипофиза, а через нее — деятельность гонадо-адреналовых систем. Однако в вопросе о том, чем обусловлена сама активизация гипоталамуса, нет полной ясности. В самом общем виде можно говорить о наличии своего рода «биологических часов», от деятельности которых зависит выработка не только стимулирующих, но и сдерживающих развитие отдельных элементов и всей гипоталамо-гипофизарно-гонадо-адреналовой системы. Смысл этого сдерживания Д. В. Колесов и И. Б. Сельверова видят в том, что оно препятствует осуществлению репродуктивной функции организмом, еще не готовым к этому по своей морфологической и адаптационной зрелости. Вне такого физиологического сдерживания неравномерность и неодновременность полового развития, о которых шла речь выше, принимали бы характер разрушительной анархии, которую и приходится наблюдать в ряде случаев патологического ускорения пубертатного периода.

Сравнивая пубертатный период с физиологической бурей, разные исследователи придают ей различное значение — от разрушительного и болезнетворного до очистительного и оздоравливающего. Крайности здесь просто неприемлемы. И. А. Аршавский подчеркивает, что речь должна идти не просто о повышении чувствительности организма, а о повышении ее избирательности: организм становится более чувствительным к одним и менее чувствительным к другим влияниям. Д. Ван Кревелен и А. Е. Личко показывают, что наряду с этим пубертатный период может ускорять развитие имевшихся и ранее нарушений, изменять их проявления и течение, провоцировать ранее скрытые нарушения или выявлять их мягкие формы, просто совпадать с развитием болезни и, наконец, он может сам принимать болезненные формы. Однако он может быть и оздоразливающим фактором. Г. К. Ушаков, например, описал подростковую депсихопатизацию, при которой сглаживаются имевшиеся ранее болезненные нарушения характера. По мере созревания и гармонизации деятельности центральной нервной системы исчезают такие дисфункции развития, как ночное недержание мочи, функциональные тики, сглаживаются многие формы психомоторной нестабильности и т. д. Педагогу, как и родителям, приходится обо всем этом помнить, чтобы не стремиться подменить воспитание лечением или наоборот, а также — и это, к сожалению, не редкость — одновременно и лечить, и наказывать за то, от чего лечат.

Физическое развитие — одно из наиболее демонстративных проявлений пубертатного периода. Девочки обычно развиваются быстрее мальчиков, опережая их примерно на 2 года. Особенно ярко половые различия физического развития проявляются около 15 лет, когда большинство девочек выглядят вполне зрелыми, а многим мальчикам еще далеко до этого. Максимальный темп увеличения длины и массы тела приходится у девочек на 11—12, а у мальчиков — на 13—14 лет. Оценка половых различий обычно осложняется тем, что серьезные поправки в эту оценку вносит акселерация. Одно дело — сопоставление средних данных, но совсем другое — индивидуальные сопоставления, например, мальчика-акселерата или девочки-ретардантки с обычно развивающимися сверстниками.

Суммируя данные множества советских и зарубежных исследований, Т. В. Волкова показывает, что акселерация проявляется не только ускорением процессов роста и возрастно-половой дифференцировки, но и более ранней, чем прежде, морфологической стабилизацией. Если, к примеру, в конце 20-х гг. нашего века у немецких мужчин длина тела стабилизировалась к 21—24 годам, то в начале 80-х гг. этот возраст составил для юношей 18—19, а для девушек — 15—16 лет. Сходные данные представляли английские, венгерские, болгарские, японские, советские исследователи. Многие сообщения свидетельствуют о том, что с акселерацией связано и «омоложение» ряда заболеваний.

Каждая специальность связана с выработкой некоторых клише и стереотипов. У педагога, особенно долго работающего, складывается некий физический образ подростков, становящийся со временем своеобразной точкой отсчета «нормальности». В этом плане заслуживают упоминания различия «эпохальной» и «внутригрупповой» акселерации. «Эпохальная» акселерация описывает различия поколений, а «внутригрупповая» — лиц с разным уровнем развития внутри одного поколения. Ю. А. Ямпольская отмечает, что подростки разных поколений даже по своим физическим характеристикам очень отличаются от подростков с разным уровнем развития внутри одного поколения. Она сравнила физическое развитие двух групп московских девочек, разница в сроках полового созревания которых составляла 2 года («внутригрупповая» акселерация), с данными обследования московских девочек в 30-х и 60-х гг., у которых разница в сроках полового созревания была такой же («эпохальная» акселерация). В обоих случаях первые менструации наступали раньше у крупных девочек. Но при «эпохальной» акселерации наступление первых месячных было связано с достижением определенных размеров тела, а при «внутригрупповой» они появлялись при меньших размерах тела и на более детской стадии развития организма. После установления менструального цикла при «эпохальной акселерации различия в физическом развитии усиливаются, а при «внутригрупповой» сглаживаются. При «эпохальной» акселерации у девочек увеличивается размер таза при неизменных размерах грудной клетки, а при «внутригрупповой» эти размеры растут одновременно, так что рано созревающие девочки имеют больший объем не только таза, но и грудной клетки. Это в точности соответствует данным самого крупного в мире исследования возрастного развития, проведенного в США и отметившего, что девочки-акселератки чаще бывают приземистыми и пухлыми, а ретардантки в ходе дальнейшего развития не только догоняют, но и могут перегонять их в росте, становиться стройнее. Пик различий, связанных с ранним и поздним созреванием, у мальчиков приходится на 14—16 лет, а у девочек — на 12—14 лет.

На темпах полового развития сказывается и индивидуальная половая конституция. Так, у мальчиков со слабой половой конституцией первые эйякуляции возникают в 16 лет и позже, а при сильной — в 12 лет и раньше. Повторно анализируя данные опросов А. Кинзи, Г. С. Васильченко обнаружил, что чем раньше начинается половое созревание, тем более бурно оно протекает и тем более высокого уровня достигает к своему окончанию. Так, при начале полового созревания в 12 лет оно длится 2 года, в 13—13,5 лет — 4 года, а при начале в 15 лет его длительность возрастает до 6 лет. В итоге 14-летний акселерат может иметь более высокий уровень полового развития, чем ретардант в возрасте 21 года!

Суммируя литературные данные, И. С. Кон отмечает, что акселерация и ретардация — внутренне противоречивые явления. И сверстники, и взрослые воспринимают акселератов как более, а ретардантов — как менее зрелых. Большинство лидеров-старшеклассников — акселераты, тогда как ретарданты либо инфантильны и демонстративны, либо, наоборот, замкнуты. Это факты. Но каково их значение? Оказывается, преимущества акселератов не абсолютны. У них меньше времени на связанные с половым созреванием психологические перестройки, а ретарданты, располагающие большим временем, могут более гибко решать психологические проблемы. После 30 лет бывшие акселераты оказываются более доминантными и социально адаптированными, но и более конформными, более «приземленными», а бывшие ретарданты чаще проявляют невротические симптомы, но психологически оказываются более тонкими и восприимчивыми. Причем первые, демонстрируя чудеса мужественности в обыденной жизни, в ситуациях критических нередко уступают вторым. Акселерированные девушки оптимистичнее воспринимают мир и себя, ретардированные — более тревожны. Если же речь идет о девочках, которых акселерация застает слишком рано, то ситуация может быть сложнее: перерастая ровесниц и ровесников, они далеко не всегда готовы к общению со старшими. В отсутствие помощи взрослых это может приводить либо к сложным психологическим проблемам, либо к преждевременно взрослым формам поведения как средству снятия этих проблем.

Частный аспект физического созревания, имеющий, однако, для подростков первостепенное значение (особенно для мальчиков), — это развитие вторичных половых признаков, их форм, размеров и других сугубо внешних свойств, которые не могут у всех быть одинаковыми и не должны соответствовать неким стандартам мифической нормы. Не задерживаясь здесь на описании этапов и стадий этого развития, отметим только несколько важных для воспитателя моментов. С одной стороны, подросток не терпит внимания взрослых к этой стороне своего развития. Даже самое «невинное» замечание взрослого, а тем более подтрунивание или порицание может быть воспринято как обида. Лишь иногда подросток позволит родителям или педагогу разделить его удовлетворение своим развитием, но и тогда некоторая сдержанность со стороны окружающих не будет лишней: подросток ждет лишь признания. Мера допустимости внешнего проявления такого признания зависит от характера подростка, сложившегося стиля семейного или школьного общения и не в последнюю очередь от пола человека, который это признание выражает; допустимое в отношениях отца с сыном может оказаться категорически неприемлемым в общении с дочерью. Но, с другой стороны, отвергая «вмешательство» взрослых, подросток часто нуждается в их помощи и разъяснениях.


Переживания физического развития


Взрослому человеку, даже уделяющему очень много внимания своей внешности, трудно, а порой и невозможно прочувствовать все происходящее с подростком в ходе физического развития. Часто, сталкиваясь вплотную с напряженностью переживаний подростка, ее объясняют особенностями подростковой психики, не видя за ними специфических психологических проблем. В самом общем виде их нужно определить как проблемы реорганизации образа «физического Я» и формирования качественно новой телесной идентичности.

Впервые эти проблемы дают о себе знать в конце препубертатного — начале пубертатного периода и остаются актуальными до минования пика бурного процесса взросления. Тревожащая новизна интероцептивных ощущений, меняющихся телесных форм, появление непривычной угловатости и неловкости, трудности управления «ломающимся» голосом, необычность ощущений, связанных с сексуальным напряжением и его разрядкой, — все это рискует стать проблемой, причем во многом неосознаваемой, а потому тревожащей еще больше. Это время внутренне противоречивого и нередко конфликтного состояния утраты привычного и обретения нового «физического Я». Чтобы стать собой новым, надо перестать быть собой прежним. Это противоречие жизни и смерти тем острее, чем более бурно протекает созревание. Если бы подросток мог это осознать и выразить словами, то он вложил бы в них, вероятно, не меньше пафоса, чем в гамлетовское: «Быть или не быть? Вот в чем вопрос!» Тем более что монолог этот действительно сплошь и рядом произносится — надо только расслышать его.

Накануне рывка в физическом развитии (девочки — в среднем около 10, мальчики — около 12 лет) ребенок часто становится «грязнулей»: его трудно заставить умыться, почистить зубы, сменить белье иди одежду, хотя еще совсем недавно он мог быть идеалом чистоты и аккуратности. Что же происходит?

Страницы


В нашей электронной онлайн библиотеке вы можете бесплатно и без регистрации прочитать «Воспитателю о сексологии» автора Каган Виктор на телефоне, андроиде, айфоне, айпаде. Сейчас вы находитесь в разделе „ГЛАВА 7. Подростковый возраст“ на странице 1. Приятного чтения.