Вы здесь

Американская сексуальная революция

Американская сексуальная революция

СЕКС В ТВОРЧЕСКОМ РАЗВИТИИ И УПАДКЕ ОБЩЕСТВ


В предыдущей главе было показано значительное влияние чрезмерной сексуальной свободы на ее последователей и на общество. Теперь мы подходим к еще более важной проблеме: Какова взаимосвязь, если она есть, между беспорядочной и воздержанной сексуальной жизнью, с одной стороны, и творческим развитием и упадком общества, с другой? Действительно ли фактор секса в значительной степени обусловливает социокультурный прогресс или регресс сообществ: племен, наций, религиозных объединений, империй и т. д.? Если да, то какой из распространенных типов поведения — свободное или умеренное, сдержанное или несдержанное — способствует культурному росту общества, а какой — его упадку?

Две гипотезы

Нижеследующие предположения, возможно, дадут ответы на эти вопросы. Мы начнем с двух главных гипотез, а затем выскажем обобщения определяющего характера.

1. Режим, который ограничивает сексуальную жизнь рамками признанного обществом брака и который морально осуждает и законодательно запрещает добрачные и внебрачные отношения, создает более благоприятные для творческого роста общества условия, чем режим свободных и беспорядочных сексуальных отношений, который не запрещает законодательно и не осуждает морально добрачные и внебрачные связи.

2. Режим, который допускает постоянную чрезмерную, незаконную и беспорядочную сексуальную активность, содействует утрате способности к культурному творчеству.

Чем можно доказать эти утверждения?

Прежде всего, совокупность данных, подтверждающих эти утверждения представляют все вредные последствия незаконного и неумеренного сексуального поведения, описанные в предыдущих главах, — физические, психические, моральные и социальные. Если сексуальные излишества и внебрачная сексуальная активность во всех отношениях вредны для лиц их практикующих, то они не могут не быть вредными и для творческого роста тех обществ, которые их терпят.

Очень важным является еще целый ряд доказательств. Он представляет тщательный, систематический индуктивный анализ распространенных видов сексуальной жизни в: (а) первобытных обществах с более и менее развитой культурной и социальной организацией; (б) исторических обществах в периоды их роста и упадка. Такой тип сопоставления показывает, что в более развитых или способных к творчеству дописьменных обществах сексуальная жизнь более сдержана и умеренна, чем в примитивных и менее творческих группах. Далее, это сравнение показывает, что в процессе существования исторических обществ периоды их культурного и социального роста почти всегда характеризовались очень умеренным сексуальным режимом, а в периоды упадка — сексуальной анархией.

Третью группу доказательств представляют недавние “эксперименты” в этой области, включая коммунистические режимы в Советской России и Китае, и поддающийся проверке рост сексуальной свободы у колониальных народов под влиянием западной культуры.

Данные, полученные в результате рассмотрения всех трех классов доказательств, вполне убедительны, особенно при сравнении с немногочисленными фрагментами шатких “доказательств”, выдвигаемых иногда сторонниками сексуальной свободы.

Теперь вернемся к доказательствам второго вида.

Среди нескольких исследований, посвященных формам сексуальной жизни у дописьменных групп, самым важным, вероятно, является “Секс и культура” Дж. Д. Ануина (J.D.Unwin. Sex and Culture. Oxford University Press, 1934). Его публикация едва ли была замечена в Америке, но сделанный в нем тщательный анализ некоторых доисторических народов и исторических обществ ставит его выше большинства последних трудов в этой области. Ануин так формулирует основную мысль этой замечательной книги: “в основе человеческой культуры лежит понятие чего-то сверхъестественного, таинственного и реакция на него. Силы, проявляемые во вселенной — характерное свойство этого чудесного явления”.

Усилия доисторических народов, направленные на понимание этих таинственных сил представляют их научную, религиозную, философскую, этическую и эстетическую деятельность. И из этих усилий вырастают наука и религия, философия и этика, а также другие культурные достижения и ценности. Этим объясняется, почему Ануин в качестве критериев состояния культуры берет: (а) характер верований о сущности тех сил, которые действуют во вселенной; и (б) вид шагов, предпринимаемых для поддержания правильных отношений с этими силами (т. е. обряды и т. д.).

Тщательно проанализировав множество обрядов и верований дописьменных и исторических народов, Ануин находит 4 великих модели человеческой культуры: (1) зоистическая культура — наиболее примитивная, не имеющая ни храмов, ни священников, ни погребальных обрядов, ни обрядов, связанных с важными переломными моментами в человеческой жизни, ни четких или разработанных верований в силы, действующие во вселенной; (2) манистиче-ская культура, которая имеет погребальные и некоторые другие обряды и некую смутную веру в высшие силы; (3) деистическая культура, которая имеет храмы, священников, разработанные погребальные и другие обряды, а также довольно стройную систему верований в высшие силы вселенной; (4) рационалистическая культура, в которой есть развитая и логическая система представлений о вселенной и ее силах, а также набор рационалистических обрядов или церемоний, отмечающих важные события в жизни человека и общества. Только народы, принадлежащие к последней модели, являются “культурными” в строгом понимании. Ануин показывает, что зоистический, манистический, деистический и рационалистический типы связаны с некоторыми другими культурными и социальными условиями.

Определив таким образом эти четыре модели культуры, Ануин классифицирует множество народов по характеристикам их культуры и затем обращает свое внимание на виды сексуальной жизни, распространенные в этих обществах. Его основные выводы таковы: добрачная и внебрачная сексуальная свобода уменьшается с переходом от зоистической к рационалистической культуре. Наибольшая свобода наблюдается у зоистических народов; у манистических обществ уже видны некоторые ограничения добрачных и внебрачных отношений; деистические народы имеют еще большие ограничения и более строгое регулирование их; и наконец, добрачная невинность и послебрачная моногамия требовались и соблюдались в рационалистических обществах, таких как Египет, Шумер, Вавилон, Греция и т. д.

Если взглянуть на это с другой стороны, то сокращение сексуальной свободы сопровождается ростом способности к культурному творчеству. В тех из 59 рассмотренных дописьменных обществ, где разрешалась добрачная свобода, образ мыслей юношей и девушек складывается по зоистическому образцу. Если их вынуждают иногда сдерживать свои порывы, то их мышление формируется по деистическому образцу. Наконец, если помимо добрачного воздержания требуется моногамная верность, то в таком обществе сознание становится рационалистическим.

Цивилизованные общества, имеющие строжайшие ограничения сексуальной свободы, создали самую высокоразвитую культуру. Во всей истории человечества нет ни единого примера того, как общество поднялось до уровня рационалистической культуры без того, чтобы женщины рождались и воспитывались в строго определенных правилах верности одному мужчине. Далее, нет примера такого сообщества, которое сохранило бы свое положение на высокой ступени развития культуры после того, как менее строгие сексуальные обычаи пришли на смену более ограничительным. Например, когда под влиянием христианства сексуальная свобода тевтонских племен была ограничена, это стало одной из важнейших сил, способствовавших последующему культурному прогрессу. Когда полигамные мавры в Испании женились на моногамных христианских и иудейских женщинах, то они прогрессировали от деистической к отчасти рационалистической культуре.

Взрывы творческой энергии в полигамных обществах связаны с двумя факторами: существованием строгой послебрачной моногамии в нескольких предыдущих поколениях, как у древних персов, гуннов, монголов и македонцев; и строгим добрачным целомудрием и послебрачной моногамией женщин в полигамных группах.

Когда правящая группа и общество в целом ослабляют строгость законов, то обычно в течение трех поколений происходит упадок культуры, как это было на последних стадиях вавилонской, персидской, македонской, монгольской, греческой и римской цивилизаций, а также в конце Древнего и Среднего царств, Новой империи и эпохи Птолемеев в Египте. Считая добрачное целомудрие и строго моногамный брак, по крайней мере для женщин, максимальным ограничением сексуальной свободы (граничащим с абсолютным безбрачием, которое, став всеобщим, привело бы в вымиранию группы), мы находим, что те из цивилизованных обществ, которые сохраняли строгость своих сексуальных законов в течение наибольшего периода времени, достигли наивысшего уровня.

Страницы


В нашей электронной онлайн библиотеке вы можете бесплатно и без регистрации прочитать «Американская сексуальная революция» автора Сорокин Питирим на телефоне, андроиде, айфоне, айпаде. Сейчас вы находитесь в разделе „Глава VСЕКС В ТВОРЧЕСКОМ РАЗВИТИИ И УПАДКЕ ОБЩЕСТВ“ на странице 1. Приятного чтения.