Вы здесь

В мире античных свитков.

В мире античных свитков.

Александрийская культура книги


В Египте все то есть, что есть в мире:

Богатство, власть, покой, палестра, блеск славы,

Театры, злато, мудрецы, царя свита,

Владыко благостный, чертог богов братьев,

Музей, вино — ну, словом, все, что ты хочешь.

Героид, Мимиямбы


Основание Александрии


«Александрийцы — это те, кто воспитал и дал образование всем эллинам и варварам, во времена, которые наступили после диадохов Александра. Птолемей VII, изгнав немалое количество александрийцев, наполнил острова и города грамматиками, философами, геометрами, людьми, причастными к мусическим искусствам, живописцами, учителями гимнастики, врачами и многими другими специалистами» (Athen., IV, 184 B).

В этих словах подчеркнуто выражена роль Александрии как вселенского центра культуры в древности. Ни один город мира во все предшествующие и последующие века истории античности и средневековья не смог бы сравниться с Александрией в этом смысле: светом ее науки, литературы, философии озарена громадная эпоха истории. Ставший позднее, к I веку н. э., мировым центром культуры, Рим питался соками Александрии. Страбон отметил в своем труде: «Рим полон александрийских филологов» (p. 675). Александрия была вместе с тем и мировым издательским центром, откуда книги расходились по всему тогдашнему цивилизованному миру.

Почему именно Александрии судьба уготовила подобную роль? На этот вопрос трудно дать однозначный ответ. Не одно, а стечение множества обстоятельств обусловило этот замечательный феномен истории античного мира. К ним следует причислить и выгодное географическое положение этого города, сразу же ставшего портом мирового значения, и то, что Александрия унаследовала древние греко-египетские связи, и блеск новой столицы Птолемеев, привлекавших сюда самых выдающихся деятелей науки и культуры со всего мира, и неисчерпаемые богатства страны, ресурсы которой оказались в полном распоряжении Птолемеев, и разноплеменность массы населения этого города, и исключительное положение, которое он занимал в системе административного управления в Египте, и многие другие обстоятельства (в числе которых следовало бы отметить и наличие крупного ремесленного производства, особенно производства писчего материала — папируса…).

Александр, на мирной деятельности которого лежит отпечаток такой же быстроты и смелости решений, как на его военных походах, мыслил себе Александрию в качестве некоего интернационального центра[147]. Для его внутренней политики вообще было характерно стремление предупредить национальные распри, могущие взорвать изнутри создаваемое им огромное мировое государство. Отсюда и те призывы к единодушию, с которыми он обратился и к македонянам — победителям, и к персам — побежденным, которые прозвучали на знаменитом банкете в Описе, политика смешанных браков, которым он сам первым подал пример, и т. п. Всем этим планам не суждено было осуществиться.

Арриан, основываясь на достоверной традиции, передает, как Александра захватила мысль построить город: «Придя в Каноп, он проплыл кругом залива Мариа и вышел там, где сейчас находится город Александрия. Место показалось ему чрезвычайно подходящим для основания города, который, по его мнению, должен был здесь процветать. Его охватило горячее желание осуществить эту мысль, и он сам разметил знаками, где устроить агору, где и каким богам поставить храмы — были посвященные эллинским богам, был и храм Исиды Египетской — и по каким местам вести кругом стены» (III, 1, 5).

Мы видим, что город был задуман с самого начала как эллинский полис, со всеми его атрибутами — агорой, храмами богов, палестрой и т. д. Основанная зимой 332/331 гг. до н. э.[148] Александрия противопоставлялась не только египетским городам, но и всем остальным полисам тогдашнего греческого мира. «Александриец» стало особым этниконом[149]. Позже, в римскую эпоху, Дион Хрисостом в одной из своих речей (or., XXXII, 670 B) говорил: «Египет, столь великое племя, есть тело полиса (то есть Александрии. — В. Б.), скорее даже приложение к нему…» Лумброзо, глубоко изучавший эллинистический Египет, также заметил эту характерную особенность города и писал Вилькену: «Этот город сам составляет нечто целое, некое государство, царство само по себе…»[150]. Греки, жившие в Александрии, имели свой кодекс законов, свою агору, совет, палестры, стадионы, культ своих богов: они одни имели право получать материальную поддержку от государства (египтяне, жившие в Александрии, рассматривались как чужестранцы или метеки). Еще в 97 г. н. э., когда Плиний Младший хотел выхлопотать для своего врача египтянина право римского гражданства, ему было указано, что тому надо сначала стать александрийским гражданином… (Epist., X, 5, 6-11).

Детальный, хотя и густо сдобренный фольклорным материалом рассказ об основании Александрии мы находим в «Истории Александра Великого» Псевдо-Каллисфена[151]. В нем заключено множество вымышленных и противоречивых подробностей, но одновременно мы находим там и целый ряд таких сведений, которые несомненно носят исторический характер. По всей вероятности, в своей основе роман Псевдо-Каллисфена сложился во времена Птолемеев, хотя дошедшая до нас редакция относится уже к римской эпохе[152]. В этом романе, после выдуманного рассказа о том, как римляне прислали Александру подарки и солдат, сообщается о путешествии Александра к богу Аммону, после чего он приказал своим солдатам сесть на корабли и отправиться на остров «Фаритиду», чтобы там ожидать его прибытия. В оазисе Аммона Александр принес жертвы богу и попросил его подтвердить знамением, что он, Александр, его сын. Ночью во сне Александр получил это знамение и после этого воздвиг Аммону храм с надписью: «Отцу богу Аммону посвятил Александр». У Аммона же Александр попросил указания, где он должен основать город и назвать своим именем. Бог также ночью явился ему во сне и в стихах (в ритме героического гекзаметра, как обычно давались оракулы) указал Александру место — «У острова Протеиды». После рассказа о том, каково происхождение названия места Паратонион, сообщается, как Александр прибыл в район, где находились египетские поселения (перечисляются 16 названий). Наиболее выдающимся из них, «метрополией», была Ракотида. Поселения эти имели 12 рек, изливающихся в море. Реки были засыпаны и стали улицами нового города. Оставлены были только три — одна, называющаяся Ракотит («которая ныне является дорогой великого бога Сараписа»), затем канал по улице, ведущей к агоре, и самая большая река, которая ныне называется Аспендия.

Александру давали советы, как строить город, Клеомен из Навкратиса и Динократ родосец. Они советовали не строить большого города, так как некем будет его заселить. И даже если отыщется население, купцы все равно не смогут доставить туда необходимого количества припасов, так много их потребуется. Кроме того, в большом городе непременно возникнет вражда между жителями, тогда как в малых городах всегда сохраняется согласие. Александр уступил архитекторам и поручил им строить город такой величины, какой они признают необходимым.

Архитекторы наметили городскую черту от Драконта[153], что у Тафосирийской косы, до Агатодемона[154], напротив Канопа, а ширину от Мендесия до Эврилоха и Мелантия[155].

Псевдо-Каллисфен называет далее помимо Динократа и Клеомена, принимавших участие в планировке города, еще и Кратера Олинфийца[156], а также ливийца Герона, брата которого звали Гипоном. Гипоном посоветовал Александру соорудить отводные каналы и клоаки, выходящие в море. Поэтому эти каналы и называются Гипономы [157]. Далее автор «Истории Александра Великого» уверяет, что нет города больше Александрии, и приводит для сравнения с периметром Александрии (16 стадиев 395 футов) периметры Антиохии (8 стадиев 72 фута), Карфагена (16 стадиев 7 футов), Рима (14 стадиев 20 футов). Цифры эти совершенно нелепы, если действительно считать их периметрами. Возможно, здесь надо подразумевать иные единицы измерения, а именно римские мили — во времена Веспасиана Рим действительно имел в периметре около 13 миль, как видно из Плиния. Старшего (N. H., III, 16).

Прибыв к месту, где должен был располагаться будущий город, Александр увидел каналы и разбросанные вокруг деревни. С берега он заметил остров и спросил, как он называется. Местные жители ответили, что это Фарос, и что там жил Протей. Александр тогда принес жертву герою Протею и, увидев, что посвященное ему сооружение обрушилось, приказал восстановить его как можно скорее.

Посыпая мукой, они таким способом наметили городскую черту. Но птицы расклевывали эту муку, и тогда Александр послал за толкователями, отгадывающими смысл знамений. Те следующим образом разъяснили его смысл: основанный город будет кормить весь мир, и всюду проникнут люди, рожденные в нем (ведь и птицы облетают весь мир).

Страницы


В нашей электронной онлайн библиотеке вы можете бесплатно и без регистрации прочитать «В мире античных свитков.» автора Борухович Владимир на телефоне, андроиде, айфоне, айпаде. Сейчас вы находитесь в разделе „Глава IXАлександрийская культура книги“ на странице 1. Приятного чтения.