Вы здесь

Винни Пух и философия обыденного языка

Винни Пух и философия обыденного языка


Посвящение


Ты дала мне Кристофера Робина, а потом Ты вдохнула новую жизнь в Пуха. Кто бы ни вышел из-под моего пера, Он все равно возвратится домой к тебе. Моя книга готова, она идет навстречу Своей матери, которую давно не видала – Это было бы моим подарком тебе, моя радость, Если бы ты сама не была подарком для меня.

Контрадикция

Интродукция знакомит людей друг с другом, но Кристофер Робин и его друзья уже знакомы с вами и уже скоро собираются сказать до-свиданья. Так что тут все получается наоборот. Когда мы спросили Пуха, что противоположно интродукции, он говорит:

«Чего? Чему?», и это нам не особенно помогло, на что мы надеялись, но тут, к счастью, Сыч пораскинул мозгами и сказал нам, что противоположностью Интродукции, дорогой мой Пух, является Контрадикция[51]. А поскольку Сыч незаменим в том, что касается длинных слов, то я уверен, что как он сказал, так оно и есть.

Почему мы затеяли эту Контрадикцию? Да потому, что неделю назад, когда Кристофер Робин мне говорит: «Как насчет истории, которую ты мне собирался рассказать о том, что произошло с Пухом, когда…», я ему в ответ возьми и скажи: «А как насчет девятью сто семь?» А когда мы это решили, у нас еще осталось насчет коров, проходящих в ворота за две минуты, а их всего триста коров, так вот, сколько останется коров в поле через полтора часа? Мы все страшно разволновались по этому поводу, и когда мы уже совсем наволновались, то нас хорошенько сморило, и мы пошли спать… в то время как Пух, бодрствующий на своем стуле возле нашей подушки[52], думал Великие Мысли о себе и о Ниочем, пока его тоже не сморило, и он закрыл глаза, склонил голову набок и на цыпочках последовал за нами в Лес. Там у нас были таинственные приключения, еще более замечательные, чем те, о которых я уже рассказывал; но сейчас, когда мы просыпаемся поутру, они все разбегаются, покуда мы их не поймаем. Как там начиналось последнее? «Однажды, когда Пух гулял по Лесу, сто семь коров застряло в воротах…»

Нет, видите, мы забыли, все растеряли. А это было самое лучшее, по-моему. Ладно, вот вам несколько других, все, что нам удалось запомнить. Но, конечно, это не настоящее до-свиданье, потому что Лес всегда на месте… и все, кто Дружен с Медведями, всегда имеют шанс его найти.

А.А.М.


Глава I. Дом


Однажды, когда Медведю Пуху больше нечего было делать, он подумал, что бы такое сделать; тогда он пошел заглянуть к Поросенку, посмотреть, что делает Поросенок. Еще вовсю шел снег, когда он ковылял по белой лесной тропинке, ожидая найти Поросенка греющим копытца перед камином, но, к своему удивлению, он увидел, что дверь открыта, и чем больше он смотрел внутрь, тем больше Поросенка там не было.

«Ушел», печально сказал он. «Так-то вот. Нету его. Мне придется предпринимать беглую Мыслительную прогулку в одиночестве. Зараза!»

Но сначала он решил все-таки еще раз громко постучать, чтобы быть совершенно уверенным… и когда он подождал и Поросенок не ответил, он стал подпрыгивать вверх-вниз, чтобы согреться, и тут ему в голову неожиданно пришел хмык, который показался Неплохим Хмыком, таким Хмыком, который не стыдно Схмыкать Остальным.

Чем больше снегу

(Тром-пом-пом),

Тем больше бегу

(Тром-пом-пам),

Тем больше бегу

(Трам-пам-пам),

И все по снегу.

Страницы


В нашей электронной онлайн библиотеке вы можете бесплатно и без регистрации прочитать «Винни Пух и философия обыденного языка» автора Руднев Вадим на телефоне, андроиде, айфоне, айпаде. Сейчас вы находитесь в разделе „Дом в Медвежьем Углу“ на странице 1. Приятного чтения.