Вы здесь

Показания против Федерального резерва

Показания против Федерального резерва

Показания против Федерального резерва.



Введение: 

деньги и политика


Наиболее секретными и наименее подотчетными службами федерального правительства являются не ЦРУ или Разведывательное управление Министерства обороны США и не другие сверхсекретные службы, как можно было бы подумать. ЦРУ и другие разведывательные агентства находятся под контролем Конгресса. Их деятельность подотчетна: соответствующий комитет Конгресса контролирует эти службы, их финансирование и получает информацию об их секретной деятельности. Безусловно, отчет перед комитетом и сами действия закрыты для общественности; но по крайней мере присутствие представителей народа в Конгрессе предполагает некоторый контроль над этими службами.

Однако мало кому известно, что существует федеральное агентство, которое во много раз превосходит все остальные с точки зрения секретности. Федеральная резервная система не подотчетна никому. Она не имеет бюджета, не подвергается аудиторским проверкам, ни один комитет Конгресса не знает об ее операциях и не может их контролировать. Федеральный резерв, фактически полностью контролирующий денежную систему страны, ни перед кем не отчитывается, причем такое странное положение дел преподносится как некое благо.

Когда президент, которым впервые более чем за десятилетие стал демократ, был приведен к присяге в 1993 г., почтенный демократ, председатель Банковского комитета палаты представителей, техасец Генри Гонсалес, был настроен весьма оптимистически, представляя некоторые свои излюбленные проекты о том, как сделать Федеральный резерв прозрачным для общественности. Его предложения казались мягкими, он не требовал полного контроля Конгресса над федеральным бюджетом. Законопроект Гонсалеса требовал полностью независимого аудита операций Федерального резерва; видеозаписи собраний комитета, определяющего политику Федерального резерва; публикации подробных протоколов этих собраний в течение недели вместо того, чтобы публиковать расплывчатые отчеты о своих решениях спустя шесть недель, как это практикуется сейчас. Кроме того, президенты двенадцати Федеральных резервных банков должны назначаться президентом США, а не коммерческими банками соответствующих регионов, как в настоящее время.

Следовало ожидать, что председатель Федерального резерва Алан Гринспен будет резко возражать против таких предложений. В конце концов, это в характере бюрократов не допускать никакого посягательства на их безграничную власть. Однако более удивительным оказался отказ от этого плана президента Клинтона, чья власть в результате таких мер только упрочилась бы. Реформы Гонсалеса, заявил президент, рискуют подорвать доверие рынков к Федеральному резерву.

На первый взгляд, такая реакция президента, хотя и традиционная для руководителей высшего звена, кажется довольно странной. Прежде всего разве основой демократии не является право народа знать, что происходит в правительстве, за которое они должны голосовать? Разве информированность и полная открытость не укрепляют веру американской общественности в ее финансовые службы? Каким образом осведомленность общественности может «подорвать доверие рынков»? Почему доверие рынков зависит от обеспечения гораздо меньшей открытости, чем предоставляется обладателям военных секретов, которыми могут воспользоваться внешние враги? В чем здесь дело?

Обычный ответ Федерального резерва и его сторонников заключается в том, что любые меры, какими бы несущественными они ни были, будут угрожать независимости Федерального резерва от политики, что представляется само собой разумеющимся. Денежная система настолько важна, заявляют они, что Федеральный резерв должен пользоваться полной независимостью.

«Независимость от политического влияния» звучит очень заманчиво и является основным аргументом при обосновании вмешательства бюрократии и государственной власти со времен прогрессивной эры[1].Уборка улиц, контроль над морскими портами, управление промышленностью, обеспечение общественной безопасности — эти и многие другие функции правительства считаются «слишком важными», чтобы быть предметом политической «прихоти». Очень легко сказать, что частная или рыночная деятельность должна быть свободна от правительственного контроля и в этом смысле «независима от политики». Но ведь мы говорим о государственных органах и деятельности, и заявление о том, что правительство должно быть «независимо от политического влияния», может иметь различное толкование. Ведь правительство в отличие от частного бизнеса на рынке не подотчетно ни акционерам, ни потребителям. Правительство может держать ответ только перед общественностью и ее представителями в законодательных органах. Если правительство становится «независимым от политического влияния», это может означать только, что правительство монополизируется бессменной олигархией, которая ни перед кем не подотчетна. Общество никогда не сможет сменить ее состав или «вышвырнуть мошенников». Если ни один человек или ни одна группа людей, будь то акционеры или избиратели, не могут сменить правящую элиту, то такая элита более подходит для диктатуры, а не для демократической страны. И все же любопытно, как многие самопровозглашенные поборники «демократии», местной или мировой, устремляются на защиту идеала полной независимости Федерального резерва.

Конгрессмен Барни Фрэнк (штат Массачусетс), соавтор законопроекта Гонсалеса, указывает, что, «если исходить из таких принципов, как реформа управления и большая открытость правительства, то очевидно, что Федеральный резерв нарушает их в гораздо большей степени, чем любая другая ветвь государственной власти» . Чем же тогда обосновывается расхваливаемый «принцип» независимости Федерального резерва?

Полезно узнать, кто может быть защитником этого принципа и какую тактику он использует? Предположительно политическим агентством, от которого Федеральный резерв особенно хочет быть независимым, является Министерство финансов США. Но нет, Фрэнк Ньюман, заместитель министра финансов, отвечающий за внутренние финансы при президенте Клинтоне, отвергая реформу Гонсалеса, заявляет: «Федеральный резерв независим, и это одна из основополагающих концепций». Кроме того, небольшое разоблачение было сделано газетой New York Times, когда она описывала реакцию на законопроект Гонсалеса: «Федеральный резерв уже работает за кулисами, чтобы направить батальоны банкиров жаловаться по поводу попыток политизировать центральный банк» (12 октября 1993 г.). Звучит правдоподобно. Но зачем нужно этим «батальонам банкиров» организовывать поддержку полного контроля Федерального резерва над денежной и банковской системой страны? Почему банкиры с такой готовностью защищают федеральное агентство, которое контролирует и управляет ими и фактически определяет деятельность банковской системы? Не должны ли частные банки желать некоего сдерживания, некоторой узды для своего хозяина? Зачем управляемой и контролируемой индустрии так любить бесконтрольную власть их собственного федерального ревизора?

Давайте посмотрим на любую другую сферу частной хозяйственной деятельности. Не будет ли подозрительным, если, скажем, страховой бизнес потребует бесконтрольной власти для государственных регуляторов, бизнес в области перевозок - абсолютной власти для Комиссии по междуштатной торговле, а фармацевтические компании начнут громко просить о полной и секретной власти для Управления по контролю за пищевыми продуктами и лекарственными препаратами? Не является ли столь же подозрительными странным образом устраивающие обе стороны отношения между частными банками и Федеральным резервом? Что здесь происходит? Цель нашей книги сделать Федеральный резерв прозрачным для широкой публики, каковым он, к сожалению, не является.

Абсолютная власть и отсутствие подотчетности Федерального резерва обычно защищаются на одном основании: любое изменение может ослабить несгибаемую приверженность Федерального резерва вести постоянную «борьбу с инфляцией». Это постоянно повторяемое обоснование защиты неограниченной власти Федерального резерва. Реформы Гонсалеса, предупреждают представители Федерального резерва, могут быть расценены финансовыми   рынками   как   «ослабление   способности Федерального резерва бороться с инфляцией» (New York Times, 8 октября 1993 г.). На последовавших вскоре слушаниях в Конгрессе председатель Федерального резерва Алан Гринспен развивал именно эту точку зрения. Политики и, вероятно, общественность всегда стремятся увеличить выпуск денег и тем самым ускорить инфляцию (цен). По словам Гринспена, «существует стремление нажать на денежный акселератор или по крайней мере обойтись без денежного тормоза до следующих выборов... Поддаться такому соблазну — это значит подтолкнуть экономику к инфляции, что может привести к нестабильности, спаду и экономическому застою».

Отсутствие подотчетности Федерального резерва, добавляет Гринспен, — это малая цена за то, чтобы не допустить влияния политиков, поведение которых определяется коротким избирательным циклом, на проведение денежной политики (New York Times, 14 октября 1993 г.).

Вот, оказывается, в чем дело. Общественность в соответствии с мифом, созданным Федеральным резервом и его сторонниками, — это огромный зверь, который постоянно жаждет денежной инфляции, подвергая экономику большой опасности. Ужасные неудобства, называемые «выборами», сильно воздействуют на политиков, особенно в таких политических институтах, как палата представителей Конгресса, которая обращается к народу каждые два года, и поэтому особенно реагирует на его желания. С другой стороны, Федеральный резерв, управляемый специалистами, независимыми от общественного стремления к инфляции, всегда стоит на страже, готовый в любую минуту отстаивать истинные интересы публики в вечной борьбе с Горгоной инфляции. Короче говоря, общественность остро нуждается в абсолютном контроле  Федерального  резерва  над деньгами,   чтобы спасти ее от самой себя и ее сиюминутных желаний и прихотей. Одного экономиста, который потратил много времени в 1920—1930-е годы на создание центральных банков в третьем мире, называли «врачом денег». В наш терапевтический век Гринспен и его соратники хотели бы стать денежными «терапевтами», добрыми, но строгими надсмотрщиками, которых мы наделяем полной властью, чтобы спасти нас от самих себя.

Но подходят ли частные банки для проведения такой терапии? По заверениям представителей Федерального резерва, очень даже подходят. Предложение Гонсалеса о том, чтобы президент вместо региональных банкиров назначал региональных президентов Федерального резерва, по словам этих представителей, «затруднило бы борьбу с инфляцией силами Федерального резерва». Почему? Потому что «верный способ снизить инфляцию» — это «дать частным банкам право назначать президентов региональных банков». И почему наделение этим правом частных банков — это «верный способ»? Потому что, по словам представителей Федерального резерва, частные банкиры — «это самые яростные ястребы в борьбе с инфляцией» (New York Times, 12 октября 1993 г.). Теперь нам более понятна картина мира в головах сторонников и служащих Федерального резерва. Не только общественность и угодливые политики вечно подвергаются соблазну инфляции, но еще и самому Федеральному резерву важно иметь прямые отношения с частными банкирами, так как они, будучи «самыми яростными ястребами в борьбе с инфляцией», могут только усилить приверженность Федерального резерва борьбе с инфляцией.

В этом заключается идеология Федерального резерва, представленная в его собственной пропаганде, так же как и в приводных ремнях уважаемой верхушки власти, таких, как New York Times, и в выступлениях и книгах бесчисленных экономистов. Даже те экономисты, которые не против увеличения инфляции, разделяют и повторяют такое видение роли Федерального резерва. И все же каждый аспект этой мифологии — обратная сторона истины. Мы не можем иметь правильное понимание о деньгах, банковской системе или Федеральном резерве до тех пор, пока эта ложная легенда не будет разоблачена.

Существует один и только один аспект общепринятой легенды, который остается верным: основным возбудителем вируса хронического роста цен является инфляция, или денежная экспансия. Увеличение производства или поставок хлопка приведет к понижению его цены на рынке. Точно так же выпуск большего количества денег сделает единицу денег, каждый франк или доллар дешевле и уменьшит их покупательную способность на рынке.

Страницы


В нашей электронной онлайн библиотеке вы можете бесплатно и без регистрации прочитать «Показания против Федерального резерва» автора Ротбард Мюррей на телефоне, андроиде, айфоне, айпаде. Сейчас вы находитесь в разделе „Ротбард МюррейПоказания против Федерального резерва.“ на странице 1. Приятного чтения.